Неразгаданные загадки "Гейдрихиады"

04.06.2012

В рубрике «Исторические прогулки» мы поговорим о загадках так называемой «Гейдрихиады» - событий

связанных с покушением на нацистского протектора Рейнхарда Гейдриха.

В результате полученных ранений третий по значимости человек нацистской Германии скончался, и фашисты бросили все силы на розыск того, кто разделался с их главарем. Последовали расстрелы, сожжение деревень Лидице и Лежаки. 16 июня, благодаря предательству одного из участников диверсионной группы, фашисты узнали, где будут находиться парашютисты, а уже спустя два дня последовала расплата: в подвале православного храма Кирилла и Мефодия Габчик, Кубиш и пятеро их товарищей были расстреляны. Те, кто не пал в неравном бою, наложили на себя руки.

По случаю круглой годовщины событий 1942 года в Праге организована масса мероприятий, посвященных покушению, как самому значимому акту сопротивления чехов нацизму. На Карловой площади в воскресенье откроется воссозданный в миниатюре концентрационный лагерь с колючей проволокой и надписью Arbeit macht frei. В трех лагерных бараках будет работать выставка, посвященная событиям «Гейдрихиады».

Интересно, что и за десятилетия, которые историки посвятили исследованию темы покушения на гитлеровского наместника, они до сих пор не нашли ответы на все вопросы. Как подметил Милослав Еншик, автор книги «Антропоид» против Гейдриха»,

«Мы еще не знаем всего, кое-что додумываем, информация очень искажена. И правду еще только предстоит найти».

Писатель Еншик, еще будучи ребенком, начал интересоваться покушением на Гейдриха, об этом – и его самые ранние детские воспоминания.

«Я этой темой одержим, иначе и не скажешь, с детских лет. Во время тех трагических событий 1942 года мне шел шестой год, и одним из самых ярких воспоминаний тех лет для меня стала ночь с 27-го на 28-е мая, когда после покушения на Гейдриха по всей Праге начались обыски, поиск виновных. И я помню, как проснулся, а в моей комнате стоял немецкий солдат в каске и с винтовкой. А потом, позднее, мы слышали пулеметную стрельбу, которая доносилась со стороны улицы Рессловой (там находится храм Кирилла и Мефодия). И вот такие воспоминания меня сопровождают всю жизнь».

Первый вопрос, который может задать человек, мало знакомый с ситуацией в Протекторате Богемии и Моравии в 1942 году, но все-таки имеющий право на существование - почему покушение на Гейдриха осуществили парашютисты, присланные из-за границы, а не участники местного движения сопротивления?

«Гейдрих сразу же, как приехал, начал террор, который Чехия до сих пор не переживала, слепой террор с целью шокировать, запугать население. Он ввел военное положение, и оставшиеся антифашистские организации были практически полностью уничтожены. Репрессивный аппарат гестапо работал необычайно эффективно. Но если сравнивать, например, с Польшей, то там в движении сопротивления участвовало больше граждан, люди с большей готовностью жертвовали собой, но с другой стороны там немецкое давление было еще более жестоким, чем у нас. Так или иначе, генерал Франтишек Моравец, глава разведывательного отделения в Лондоне, настаивал на покушении, ссылаясь на то, что в глазах британцев чешское антифашистское сопротивление было наименее активным в оккупированной Европе»,

- говорит Милослав Еншик.

Историки посвятили немало трудов работе диверсионной группы, отправленной в Чехию из Великобритании с заданием уничтожить протектора. Как получилось, что главная задача была возложена именно на словака Йозефа Габчика и чеха Яна Кубиша, почему в группу приняли будущих предателей Карела Чурду и Вильяма Герика – все это подробно описано. Кстати, Йозефу Габчику сначала выделили другого напарника.

«Кубиш многим казался слишком рассудительным, он, хотя и не учился нигде, был умен от природы, не выпячивал своих достоинств. Но, как потом оказалось, в нужный момент он был человеком действия. Первоначально с Габчиком хотели отправить старшего сержанта Свободу, но тот поранился при прыжке с парашютом. И всем как-то сразу стало понятно, что Свобода не готов к заданию. И только тогда все прислушались к Габчику и дали ему в помощники Кубиша»,

- рассказывает Милослав Еншик. Он, кстати, с возмущением опровергает утверждения о том, что устранение Гейдриха было доверено непрофессионалам (об этом упоминают немецкие авторы). Пан Еншик уверен, что чехословацкие военные Кубиш и Габчик были хорошо натренированы, кроме того, они были опытными военными, участвовавшими в боях во Франции. Но – и в этом, возможно, кроется объяснение того, почему Йозеф Габчик не выстрелил в Гейдриха в час икс, хотя у него было достаточно времени перезарядить автомат и вытащить пистолет, а ранил протектора уже Кубиш, бросивший бомбу – парашютисты не были подготовлены к операции с психологической точки зрения.

«Эти двое были посланы в Чехию с целью проведения по сути террористической акции – убийства наивысшего представителя нацистских оккупационных сил. Но как раз к такого рода операции они не были подготовлены. Их тренировали как членов элитного подразделения, предназначенного для выполнения особо тяжелых заданий, то есть действий в составе боевой единицы, борьбы с военным противником».

«До сих пор остается вопросом, как вел себя Габчик после того, как его автомат дал осечку. Под пальто у него был пистолет, с которым Габчик умел обращаться, но неожиданно он стоял в четырех шагах от затормозившего автомобиля. Габчик в этот момент мог довершить начатое с помощью пистолета, но тут я ставлю вопрос – а справился ли Габчик с ситуацией на психологическом уровне? Его готовили к бою, а он стоял перед человеком, которого он должен был убить – смотрел ему в глаза. Сейчас подготовка террористов занимает и несколько лет, и именно психика, инстинктивное действие без размышлений и эмоций, там играет ключевую роль, а не то, как человек обращается с оружием»,

- заключает писатель Милослав Еншик.

Исследователь и историк Ярослав Чванчара говорит и о других тайнах «Гейдрихиады». Например, почему фашисты, уничтожившие семьи практически всех парашютистов, не тронули родственников словака Габчика. И куда делись головы Кубиша и Габчика, которые, по замыслу фашистов, должны были стать экспонатами музея криминологии в Берлине? Известно лишь, что головы парашютистов в склянках с формальдегидом были отправлены поездом из Праги в южном направлении в конце апреля 1945 года. Дальнейшая судьба грустного груза неизвестна, но Ярослав Чванчара не исключает, что головы до сих пор хранятся в одном из австрийских или немецких депозитариев